В 2026 году разница между средними пенсиями работающих и неработающих россиян может сократиться до минимума — 2–3 тысячи рублей. Этот тренд, позиционируемый как следствие возвращения справедливости через возобновление индексации, на деле высвечивает более глубокие системные проблемы. За видимым сближением цифр кроются растущее региональное неравенство, нерешенный вопрос финансовой достаточности для достойной старости и новые вызовы для экономики в целом.
Долгие годы сохранялась простая, хотя и спорная, логика: работающий пенсионер, имеющий дополнительный доход, получал от государства меньшую ежемесячную выплату. Мораторий на индексацию для этой категории, действовавший с 2016 года, был призван экономить бюджетные средства. Ситуация начала меняться когда индексацию возобновили и для работающих пенсионеров.
В 2026 году после январской индексации на 7.6% и перерасчета с учетом новых пенсионных баллов средняя выплата работающему пенсионеру, по прогнозам аналитиков, составит 25–26 тысяч рублей. Для неработающих этот показатель приблизится к 28–28.5 тысячам. Таким образом, разрыв, который еще в четвертом квартале 2025 года составлял 3.5 тысячи рублей, сократится до 2–3 тысяч. Эксперты ожидают, что при сохранении текущей динамики выплаты для двух категорий могут сравняться уже к 2030 году.
На первый взгляд, это выглядит как торжество социальной справедливости. Однако сближение усредненных цифр по стране не отменяет ключевого вопроса: обе эти суммы остаются критически малы для обеспечения комфортной жизни в большинстве регионов России. Пенсионная система по-прежнему выполняет функцию социального пособия, а не полноценной замены утраченного трудового дохода.
Гораздо более тревожной, чем условный разрыв между работающим и неработающим соседом, представляется гигантская пропасть между регионами. В то время как в Чукотском автономном округе средняя пенсия приближается к 40 тысячам рублей, в ряде республик Северного Кавказа и некоторых южных регионах она может быть на 18% ниже общероссийской. Эта диспропорция закреплена самой системой через разный прожиточный минимум пенсионера, который служит нижней планкой для выплат. Пенсионер в депрессивном сельском регионе, даже получая «среднероссийскую» пенсию, оказывается в несопоставимо более уязвимом положении, чем житель столицы или северных территорий с их районными коэффициентами.
Возобновление индексации для работающих пенсионеров, безусловно, исправляет долгосрочную несправедливость. Но этот шаг решает лишь одну точечную проблему, оставляя в тени фундаментальные вызовы. Индексация, даже заявленная как опережающая инфляцию, часто не успевает за реальным ростом цен на товары первой необходимости, особенно в отдаленных регионах. Сама система баллов, лежащая в основе страховой пенсии, имеет жесткий потолок, не позволяющий даже с высокой официальной зарплатой существенно увеличить будущие выплаты. А советы экспертов докупать недостающие баллы за сотни тысяч рублей единовременно выглядят оторванными от финансовых реалий большинства будущих пенсионеров.
В условиях, когда государственная пенсия остается лишь базой для выживания, вопрос личной финансовой инициативы становится ключевым. Максимизация официальных доходов в течение трудовой жизни, рассмотрение отсрочки выхода на пенсию для получения повышающих коэффициентов, использование программ долгосрочных сбережений — эти инструменты становятся не дополнительными опциями, а необходимостью для тех, кто рассчитывает на достойную старость.
Российская пенсионная система демонстрирует подвижку в сторону формального равенства, медленно стирая границу между работающими и неработающими получателями. Но подлинная проблема лежит не в этой грани, а в общей недостаточности выплат и чудовищном региональном неравенстве. Сокращение одного разрыва не заполняет другого, более глубокого — между пенсией как средством выживания и пенсией как основой достойной, спокойной и предсказуемой старости. Пока этот разрыв не будет признан главным вызовом, все точечные реформы рискуют остаться лишь игрой с цифрами в официальных сводках, далекой от повседневной реальности миллионов пожилых россиян.
Источник: http://argumenti.ru/economics/2026/01/982535